Бюджетная статистика: реляционные базы
федеральная
региональная
Законы о федеральном бюджете
2005 г. 2004 г.
2003 г. 2002 г.
2000 г. 2001 г.
1998 г. 1999 г.
1996 г. 1997 г.
1994 г. 1995 г.
Нормативные акты
1. Бюджетный Кодекс РФ
2. Бюджетная классификация РФ
3. Налоговый Кодекс РФ (часть I)
4. Налоговый Кодекс РФ (часть II)

 
Журнал Бюджет
    

Бюджетная система Российской Федерации

  Поиск по сайту:      исполнить запрос   расширенный запрос

О новом этапе в развитии рынка субфедеральных ценных бумаг

Доходы региональных органов власти останавливаются в своем росте

Бюджетные расходы продолжают увеличиваться

В таких условиях у региональных властей не останется иного выхода как обратиться на фондовый рынок за заимствованиями

Специфический риск субфедеральных ценных бумаг – низкая степень регламентированности операций, проводимых эмитентом, с госдолгом

Слепая вера может быть в отношении друга, но никак не в отношении коммерческого партнера

Занять под доверие сложно. Проще взять под залог

Новый дефолт не за горами


В наступающем 2003 г. мы прогнозируем начало нового этапа в развитии рынка субфедеральных ценных бумаг – очередного, второго по счету его подъема. Прогноз с одной стороны основан на том, что налоговые доходы региональных органов власти перестали увеличиваться, а с другой – что бюджетные расходы продолжают расти и поэтому у властей не останется иного выхода как обратиться на фондовый рынок за заимствованиями.

Поскольку в устройстве эмитентов принципиальных изменений не произошло риск отказа от обслуживания и погашения облигаций будет по прежнему высоким.

Нам предстоит рассмотреть четыре основных тезисы, в совокупности формирующих сделанный прогноз:

  • налоговые доходы региональных органов власти останавливаются в своем росте;
  • бюджетные расходы продолжают увеличиваться;
  • в таких условиях у региональных властей не останется иного выхода как обратиться на фондовый рынок за заимствованиями;
  • риск вложений в региональные облигации будет по прежнему чрезвычайно высоким.

Кроме того, рассмотрим возможные последствия в случае, если прогноз сбудется.

Доходы региональных органов власти останавливаются в своем росте

В настоящее время начинает проявляться тенденция к сокращению того бурного прироста налоговых доходов, который наблюдался в течении последних нескольких лет, когда доходы увеличивались в среднем на 20% ежегодно. Начавшись в 1999 г., этот прирост был вызван в совокупности рядом факторов.

Основным из них является изменение обменного курса рубля, которое привело к искусственному росту конкурентоспособности отечественных производителей, что в свою очередь обеспечило автоматическое увеличение налоговых выплат. Объем налоговых доходов бюджетов субъектов федерации стремительно вырос с 170 млрд. рублей, собранных в 1998 г., до 275 млрд. в 1999 г. и 420 млрд. рублей в 2000 г. Но такое состояние, не подкрепленное со стороны органов власти должными мерами по борьбе с существованием убыточных предприятий, а со стороны менеджмента компаний – по экономии ресурсов и росту производительности труда, не могло продолжаться вечно. В результате налоговая база постепенно перестает расти и теперь мы можем наблюдать, как несмотря на увеличение налоговых доходов в абсолютных цифрах, происходит постепенное сокращение их доли в общей сумме расходов региональных бюджетов с 71% в 1999 г. до 57% в текущем.

Немаловажным элементом роста экономической активности в 1999–2000 гг., предположительно, стали расходы на боевые действия, в первую очередь на соответствующий госзаказ, размещенный на оборонных предприятиях. Предположение весьма спорно, поскольку доказать его невозможно в связи с отсутствием соответствующей информации. Однако, согласно логике вещей, мы можем утверждать, что к настоящему времени потребность в военном госзаказе в тех объемах, что была раньше, определенно спала.

Тот факт, что база для экономического роста, образовавшаяся после дефолта, исчерпана подтверждают и прогнозы, сделанные в федеральном бюджете на следующий год. Как можно заметить из параметров проекта закона о федеральном бюджете на 2003 год, налоговые доходы федерального бюджета, значения которых традиционно коррелируют с доходами региональных бюджетов, больше не растут. Уже в текущем году ожидается недовыполнение, а на 2003 г. запланировано лишь формальное увеличение доходов федерального бюджета на 11%, что с учетом инфляции означает сохранение прежнего уровня.

Кроме того, учтем, что общий объем финансовой помощи, выделяемой из федерального бюджета региональным, в 2003 г. составит 295 млрд., что без учета инфляции больше чем по бюджету-2002, но с учетом инфляции – немного меньше.

Бюджетные расходы продолжают увеличиваться

Как показывает практика, бюджетные расходы растут всегда. Причем ежегодный прирост налоговых доходов и расходов неодинаков. Так, начиная с 1998 г. расходы растут быстрее доходов, в среднем на 10%.

Кроме того, в наступающем году есть как минимум три дополнительных повода для роста расходов. Во первых, регионам придется вернуть около 20 млрд. рублей бюджетных ссуд (почти 4% от ежегодных расходов), выданных ранее. На выполнении этого, Минфин, предположительно, намерен настаивать максимально решительно. Так можно утверждать хотя бы потому, что на 2003 г. приходится пик выплат по внешнему долгу России.

Во вторых, в 2003 г. предстоит очередной рост зарплаты бюджетникам, хотя прежние долги по зарплате не погашены полностью. По состоянию на 1.11.2002 г. по данным Госкомстата РФ задолженность региональных органов власти по зарплате составила 3,9 млрд. рублей или примерно 3% от годового фонда оплаты труда.

Кроме того, две трети органов власти субъектов федерации имеют просроченные долги. Их размер по экспертной оценке превышает 30—40 млрд. рублей. Возврата долгов инвесторы безуспешно добиваются уже который год подряд. Бесконечно игнорировать справедливые требования невозможно, тем более, что инвесторы придумывают все более и более изощренные способы "выбивания" долгов.

В таких условиях у региональных властей не останется иного выхода как обратиться на фондовый рынок за заимствованиями

Ситуация ставит региональные органы власти перед непростым выбором: либо сокращать расходы, либо наращивать кредиторскую задолженность, либо увеличивать заимствования.

Учитывая, что сокращение расходов – весьма сложная политическая процедура, в чем-то похожая на политическое самоубийство, а невыполнение утвержденного бюджета медленно, но все же становится объектом внимания органов прокуратуры, можно предположить, что в наступающем году и далее, региональные власти с целью привлечения заемных средств вновь, как это было до 1998 г., обратят свое внимание на финансовые рынки.

Существует три способа привлечения заемных средств – это привлечение коммерческих кредитов, получение бюджетных ссуд, а также эмиссия ценных бумаг.

Бюджетные ссуды, предоставляемые федеральными властями, традиционно покрывают не более трети потребности регионов в заемных средствах, а привлечение коммерческих кредитов связано с необходимостью обеспечения ликвидного залога и, обычно, при меньшей сумме займа предполагает большую процентную ставку. Поэтому регионы будут больше рассчитывать на привлечение средств путем эмиссии ценных бумаг – так выгоднее и дешевле. Но, правда, занимает больше времени.

Кроме того, получение кредитов весьма непрозрачная операция, в то время, как эмиссия ценных бумаг – публичная. Поэтому при кредитовании, кредитор может выставить органу власти требования нефинансовых льгот и преференций, а при эмиссии – "всего лишь" быть достойным доверия.

Доверие – категория не экономическая, купить ее нельзя, а заслужить сложно. Поэтому большинство регионов проблему доверия решают методом “подмены понятий” – то есть вместо обеспечения доверия в целом к органу власти как структуре, они ведут политику, направленную на обеспечения доверия лично к первым лицам органа власти. Возможно в этом и заключается главная причина повсеместного роста остатков на бюджетных счетах – за последние несколько лет остатки на счетах всех региональных и муниципальных органов власти выросли более чем в два раза, в то время как расходы бюджета – только на 70%. Наличие больших остатков, несмотря на всю их финансовую нецелесообразность, позволяет главам регионов иметь финансовый резерв на особые случаи.

На самом фондовом рынке к увеличению потребности регионов в заимствованиях могут отнестись с пониманием. Дело в том, что во первых, уже сегодня существует избыточная денежная ликвидность. Говоря проще – часть временно свободных средств не во, что инвестировать. Во вторых, в 2003 г. ожидается появление на финансовых рынках дополнительных средств от роста активности пенсионных и страховых компаний.

В результате проблема поиска профучастниками инструментов инвестирования может привести к тому, что субфедеральные облигации, несмотря на все присущие им риски, на фоне существующих инвестиционных проектов и других ценных бумаг, покажутся профессиональным участникам рынка ценных бумаг весьма привлекательными. Данный тезис уже имеет небольшое практическое подтверждение – в 2002 г., впервые с 1997 г. объем заимствований превысил объем погашения на 8,3 млрд. рублей.

Специфический риск субфедеральных ценных бумаг – низкая степень регламентированности операций, проводимых эмитентом, с госдолгом

Основные риски, присущие региональным облигациям, связаны с низкой степенью регламентации финансовой деятельности госслужащих.

Дело в том, что требования Бюджетного кодекса РФ относительно эмиссии облигаций ставят весьма поверхностные ограничения на заемную деятельность. То же касается и формулировок, приводимых в том или ином законе о региональном бюджете. Все эти ограничения можно обойти, что зачастую и происходит на практике. Причем заключение контрольно-ревизионных органов, вскрывающее нарушения, появляется, как правило, лишь по окончании бюджетного года, когда оно ничего уже не может изменить.

В основе функционирования каждого бюджета лежит принцип “независимости”. Это означает, что помимо общих требований, описанных в БК, каждый региональный парламент должен выработать свои детально прописанные процедуры управления финансами. Именно их отсутствие позволяет исполнительной власти совершать спорные финансовые операции и подрывает кредитоспособность органа власти.

Рассмотрим в качестве примера процедуру регистрации генеральных условий проспекта эмиссии облигаций в Минфине. Замечание прежнее – низкая степень регламентации. Процедура регистрации осуществляется на основании Закона об особенностях эмиссии государственных и муниципальных облигаций. Во исполнение этого закона Правительством РФ было выпущено постановление, а во исполнение этого постановления – внутренний минфиновский документ. В последнем есть пункт, связанный с анализом представленных на регистрацию документов. В этом пункте речь идет о том, что одно из подразделений Минфина должно проводить анализ представленных региональными властями документов. Однако, как именно или по какой методике должен быть проведен этот анализ не сказано. В результате, ни в коей мере не ставя под сомнение профессионализм и порядочность сотрудников Минфина, отмечу существование потенциальной возможности анализировать пакет документов из одного региона по одной методике, а из другого – по другой.

Такое положение дел с написанием законов и нормативных актов не может способствовать повышению в органах власти дисциплинированности при работе с заимствованными средствами и ставит под сомнение способность эмитента выполнять взятые на себя обязательства.

В результате, при предполагаемом существенном количественном росте объемов заимствований, о чем уже было сказано выше, количество регионов-эмитентов увеличится значительно в меньшей пропорции.

Данный тезис, помимо общих рассуждений, подтверждается и цифрами. В последние годы отмечено активное перераспределение всей суммы средств, занимаемых регионами с фондового рынка, в пользу бумаг правительства Москвы и горадминистрации СПб: если в 2000 г. эти два города поглощали около 20% всех ресурсов, выделенных инвесторами на приобретение облигаций, то в текущем году – почти 85%.

Слепая вера может быть в отношении друга, но никак не в отношении коммерческого партнера

Рынок субфедеральных ценных бумаг существует в нашей стране с 1992 г. За свою недолгую историю он прошел два этапа. Первый – формирования и бурного роста (1992–1998 гг.), который закончился дефолтом 1998 г. Второй – падения и стагнации (1998 – по н. вр.). Новый этап – роста – предположительно, начнется в 2003 г.

Первый этап характеризовался преимущественно привлечением средств, а второй – их массовым погашением.

Принципиальной особенностью первого этапа были недостоверность и неполнота официальной отчетности, а также высокая, в большинстве случаев, доходность региональных облигаций. Например, для сравнения, когда на рынке ГКО/ОФЗ доходность составляла 25-30%, то на Санкт-Петербургской валютной бирже региональные займы размещались с доходностью 41-42% годовых. При этом ставка по кредитам у многих коммерческих банков колебалась на уровне 30% годовых, что можно признать достаточно большим разрывом, а вопрос зачем эмитировать дорогие бумаги, если можно взять относительно дешевый кредит, однозначного ответа не имеет, хотя такой вариант как "сознательное формирование условий для коррупции" – на одном из первых мест.

До дефолта в нашем обществе существовала слепая уверенность, что орган власти по определению самый надежный заемщик, что он не может убежать с деньгами, как например это делали учредители финансовых пирамид. Кроме того, отечественный фондовый рынок характеризуется тем, что первыми эмитентами среди регионов, например Нижний Новгород, и наиболее активными заемщики были территории как раз не особо нуждавшиеся в средствах.

Облигации органов власти пользовались у инвесторов большой популярностью, из них особой – инвестиционные: телефонные, жилищные и пр. Орган власти выпускал бумаги, а за счет полученных средств финансировал инвестиционный проект. Удивительно, но другой вопрос "зачем инвестору нужен посредник в лице органа власти" не вызывал ни у кого подозрений в правильности схемы. Считалось, что так надежнее, что в случае чего орган власти покроет убытки проекта. Хотя, все понимали, что хороший инвестиционный проект найдет деньги и без помощи властей, а бюджет вообще не должен связываться с коммерческими рисками. Не для этого он существует.

Тем не менее, по данным замминистра финансов России Беллы Златкис в 1994–1998 гг. органы власти за счет средств, привлеченных от эмиссии облигаций, покрывали до 30% своих расходов. Это утверждение, подтверждаемое и из других источников не согласуется с официальными отчетными данными регионов. Согласно им, в 1994–1998 гг. доля заимствований от эмиссии облигаций не превышала 7%. Такая разница возникла потому, что в тот период времени эмитенты значительную часть средств от эмиссии направляли во внебюджетные фонды. Поскольку по официальным данным за 1995–1998 гг. органами власти субъектов федерации было привлечено около 50 млрд. рублей, то с поправкой на внебюджетные фонды, реальный объем заимствований с рынка субфедеральных ценных бумаг в те годы можно оценить в примерно 150 млрд. рублей. Таким образом, размеры сокращения заимствований, происшедших на рынке вследствие дефолта, более значительны, чем могли показаться с первого взгляда: согласно официальным данным сокращение произошло с 22,5 млрд. рублей в 1997 г. до 9,2 млрд. в 1998 г., то есть в два с половиной раза, а с учетом досчета – с 65 млрд. до 9,2 млрд., то есть в семь раз.

Поскольку в 1992–1998 гг. количество эмитентов превышало три сотни, а большинство из их бумаг имели ликвидность, можно смело утверждать, что до дефолта в России действительно существовал полноценный рынок субфедеральных ценных бумаг.

Имело место огромное разнообразие предлагаемых инструментов. Были бумаги рассчитанные на несколько месяцев по примеру ГКО, а были – на несколько лет, были бумаги для юрлиц и для физлиц, для спекуляции и для сбережений. Были бумаги, выпускавшиеся в индивидуальном режиме, то есть в расчете на потребности конкретного инвестора. Имелись различия по правилам расчета процентных ставок, по объемам эмиссии, по номиналу бумаг, по способам их погашения. Некоторыми бумагами финансировались бюджетные расходы, некоторыми осуществлялись налоговые платежи.

Особой главой в истории рынка субфедеральных ценных бумаг стали так называемые агрооблигации. В них были переоформлены просроченные долги регионов по товарном кредитам (топливо и ГСМ) для сельского хозяйства. Эти кредиты Минфином РФ были выданы вообще-то селянам (или тем, кто их представлял), но под гарантии субъектов федерации. "Крестьяне", согласно сложившейся за многие годы привычке, кредит возвращать не стали, но и Минфин, неожиданно для регионов, долги прощать не захотел. В результате крайними оказались бюджеты субъектов федерации.

Тогда, чтобы сгладить остроту проблемы, Минфин предложил регионам "цивилизировать" взаимоотношения и переоформить просроченный товарный кредит в ценные бумаги, при этом реструктуризировав долг на три года. Выпущенные бумаги регион передавал Минфину с целью погашения долга, Минфин в свою очередь продавал эти бумаги на фондовом рынке и таким образом получал деньги. Далее, в течении трех лет регион погашал бумаги.

Идея всем понравилась и облигации были выпущены 69 регионами в мае-августе 1997 г. Всего было зарегистрировано 193 проспекта "сельских" облигаций на общую сумму в 6,6 млрд. рублей и 8 проспектов эмиссии "энергетических" облигаций на 795 млн. рублей. Их отличала низкая ликвидность на вторичном рынке, а также примерно единый уровень доходности.

По трем первым аукционам 1998 года суммарный объем размещенных "сельских" и "энергетических" облигаций принес Минфину всего 120 млн. рублей по номиналу.

Минфин, для повышения привлекательности бумаг, заблаговременно включил в проспект эмиссии этих облигаций пункт о том, что если регион нарушает обязательства по погашению, то он лишается соответствующей части трансфертов, причитающихся ему из федерального бюджета. Однако "цивилизировать" отношения не удалось – уже по итогам первого года свыше половины регионов сорвали платежи, а Минфин так и не рискнул "засунуть" руку в трансферты. Даже к настоящему времени, когда прошло два года с момента наступления срока погашения по последней из бумаг, просроченную задолженность по облигациям имеют по данным депозитария "Росбанка" – официального реестродержателя этих бумаг – 42 региона, в том числе 24, вообще не погасившие ни одной копейки.

Не удивительно, что термин "агрооблигации" на фондовом рынке уже почти не применяется, вместо него профучастники используют другой – "навозные" облигации.

Одной из весомых причин неудачи переоформления стало игнорирование вопросов возврата долга, то есть вопроса "как именно орган власти собирается возвращать долг". Профучастники и инвесторы исходили из простой, ничем не обеспеченной уверенности в безусловной платежеспособности органа власти.

Наступивший в августе 1998 г. дефолт, вначале по федеральным, а после и по региональным долгам, раскрыл всем глаза. Практика опровергла наивные убеждения в высокой финансовой надежности органов власти и доказала необходимость объективного и обоснованного подхода к оценке финансовой состоятельности сановного заемщика и строгой регламентации его финансовых операций.

Занять под доверие сложно. Проще взять под залог

Принципиальной особенностью второго этапа развития рынка субфедеральных ценных бумаг стало введение в действие Бюджетного кодекса и его условия недопустимости существования у региональных органов власти внебюджетных фондов. В результате, хотя и не сразу, все заимствования были сконцентрированы в бюджете и качество контроля за ними несколько повысилось. Вместе с тем, принцип гласности в бюджетной сфере, зафиксированный в БК, до сих пор не реализован на практике, а также не ликвидирована зависимость контрольно-ревизионных структур, проверяющих достоверность бюджета, от законодательных или исполнительных органов власти.

После дефолта объем госдолга региональных и муниципальных органов власти перестал расти, но качественно изменилась его структура – катастрофически увеличилась доля просроченных долгов. В таких условиях регионы встретили 1999 г. и неожиданно для себя столкнулись с ростом налоговых доходов, что было очень кстати, поскольку кредиторы стали строже относится к заемщикам. Так, Сбербанк начал требовать с администраций в качестве залога не абстрактное "общее бюджетное покрытие", а конкретные помещения. В Ижевске например в 1998 г. пришлось отдать под залог даже здание горадминистрации – нужен был срочный кредит на выплату зарплаты.

В результата дефолта и последовавших за этим массовых неплатежей, рынок субфедеральных ценных бумаг "умер". На нем остались всего полтора десятка эмитентов, причем по настоящему ликвидными и привлекательными можно назвать бумаги лишь одного из них – администрации СПб. Вместе с тем, надо особо отметить Волгоградскую область – регион, сумевший остаться на рынке и до сих пор заимствующий на нем значительные суммы денег. Та последовательность, с которой рынок с 1995 г. дает администрации этой области займы, скорее всего является свидетельством эффективности проводимой там долговой политики.

Вообще, список регионов регулярно эмитирующих облигации после 1998 г. изменился почти наполовину. После дефолта в числе постоянных эмитентов остались органы власти Москвы, Санкт-Петербурга и Волгоградской области, а также появились новые – республик Башкортостана, Карелии и Марий Эл.

Сокращение объемов региональных заимствований на фондовом рынке было компенсировано в 2000–2001 гг. широким привлечением коммерческих кредитов, средства от которых были направлены на погашение просроченных обязательств по облигациям и бюджетным ссудам. Примечательно, что не все кредиторы дожили этого светлого часа. Так, по сообщению представителя финансового управления администрации Оренбургской области, у финуправления до сих пор остается небольшой просроченный долг по облигациям, но они не могут его вернуть, "так как кредитор не только сменил адрес, но и сам не выходит на связь".

В текущем году объем привлеченных региональными властями кредитов уменьшился по сравнению с прежними годами практически в два раза, поскольку наиболее проблемные долги уже погашены. Пик привлечения кредитов пришелся на 2001 г., а всего за 2000–2002 гг. было собрано ориентировочно 165 млрд. рублей и срок их погашения наступит, вероятно, уже в 2003–2004 гг. Это еще один повод для увеличения заимствований.

После дефолта выросла значимость для регионов бюджетных ссуд. Если проследить динамику заимствований в течении последних трех лет, можно отметить, что ежегодные объемы поступлений от эмиссии ценных бумаг с учетом инфляции уменьшаются, а объемы поступлений от бюджетных ссуд, наоборот, растут. Следовательно, растет зависимость регионов от федерального центра, что лишний раз подтверждает продолжение тенденции к концентрации доходов в федеральном бюджете, а также несколько сокращает доверие к региону-эмитенту, к его способности проводить самостоятельную, независимую от федерального центра, финансовую политику.

Новый дефолт не за горами

В случае реализации нашего прогноза можно ожидать роста объемов бюджетного кредитования, традиционной формы "господдержки отечественных производителей". Как показывает практика, орган власти обычно отбирает для кредитования не самые эффективные проекты, объясняя свой поступок "заботой о коллективе" и пр. Такое возможно, поскольку БК, хоть и не полно, но все же регулирует вопросы управления госдолгом, в то время как бюджетного кредитования – нет. Причем отчетность по кредитам, выданным из бюджета, обычно ограничивается в региональном бюджете одной цифрой – дельтой между суммой кредитов выданных и погашенных.

Приостановить практику кредитования нереальных проектов и повысить эффективность использования займов мог бы федеральный центр. Говоря вкратце, для этого необходимо искусственно создать конкуренцию между регионами за займы, то есть установить совокупный ежегодный лимит на сумму привлекаемых всеми регионами заемных средств. Лимит установить в зависимости от годовых объема прибыли, полученной предприятиями страны и прироста сбережений населения в банках. Тогда регистрация генеральных условий проспекта эмиссии станет напоминать в чем-то биржевую торговлю, только не акциями, а правом осуществить эмиссию.

Еще одно последствие от реализации нашего прогноза может заключаться в возрождении несколько подзабытой сейчас формы межбюджетных отношений, когда один субъект федерации кредитует или дотирует другой. Такое было распространено до дефолта, а лидером по объемам выделяемых средств было правительство Москвы. Следовательно, в 2003 г., территории, которые не смогли осуществить размещение своих бумаг на фондовом рынке, возможно будут обращаться к регионам-лидерам по объему заимствований в расчете перезанять у них, со всеми вытекающими негативными политическими и экономическими последствиями.

Но, в принципе этого можно избежать. Региональным органам власти достаточно выполнить несколько мероприятий по реформированию своих финансов, в частности, обеспечить гласность в вопросах финансов, привлечь к контролю за финансами действительно независимых от властей аудиторов, сформировать автоматическую, то есть независимую от региональных властей, систему обслуживания платежей по госдолгу.

Из практических вопросов реформы финансов органов власти на первом месте по важности для формирования доверия – обеспечение гласности в бюджетной сфере. Дело в том, что традиционную публикацию в местной прессе закона о бюджете или об исполнении бюджета "обеспечением гласности" признать никак нельзя. Цифры, публикуемые в этих документах, являются показателями укрупненными и по большому счету ничего не говорящими.

Гласность в бюджетной сфере согласно теории финансов заключается в следующем. Это ситуация, когда любой желающий, вне зависимости от преследуемых им целей, с минимальными затратами времени, сил и денег, может получить любую первичную информацию о финансовых операциях любого органа власти, его подразделения, бюджетного учреждения или унитарного предприятия. Единственное исключение – секретные статьи расходов в составе федерального бюджета. Для обеспечения гласности орган власти обязан публиковать бюджет (отчет о его исполнении), состоящий из смет всех бюджетных учреждений и финансовых планов унитарных предприятий. Расходы каждой сметы или финплана должны быть максимально детализированы, вплоть до "отдельного куска мыла", а также представлены в ежемесячной разбивке.

Можно назвать еще ряд мероприятий по реформированию финансов – изменение структуры самого закона о бюджете, обеспечение его логической и причинно-следственной связи с отчетом об исполнении бюджета, дисконтирование бюджетных потоков и пр. Однако, главная цель всех этих мероприятий должна быть неэкономической – добиться доверия к органу власти, без чего намечающий этап роста рынка субфедеральных ценных бумаг окончится так же бесславно, как и первый.

Таблица 1. Основные параметры бюджетов субъектов федерации

Диаграмма 1. Доли доходов и заимствований в расходах

Диаграмма 2. Динамика доходов и расходов бюджетов регионов, млрд. руб.

Таблица 2. Структура заимствований субъектов федерации

Диаграмма 3. Структура заимствований субъектов федерации

Таблица 3. Десятка наиболее крупных эмитентов ц/б

Таблица 4. Регионы, регулярно эмитировавшие ц/б в 1995-1999 гг., тыс. рублей

Таблица 5. Регионы, регулярно эмитировавшие ц/б в 2000-2002 гг., млн. рублей

Диаграмма 4. Размеры рынка субфедеральных ценных бумаг

Диаграмма 5. Динамика заимствований территорий, эмитирующих бумаги регулярно

Таблица 6. Параметры бюджетов субъектов РФ

Диаграмма 6. Количество субъектов федерации, привлекавших средства путем эмиссии облигаций

Магомет Яндиев
к.э.н., доцент кафедры "Финансы и кредит"
экономического факультета МГУ

Яндиев М.И. О новом этапе в развитии рынка субфедеральных ценных бумаг
Личная страница автора http://maga.econ.msu.ru
e-mail автора: mag2097@yandex.ru

 Copyright © АНО Центр информационных исследований, 2001-2003
Счетная Палата РФ Rambler's Top100 Rambler's Top100 Деловой журнал 'Эксперт' Институт экономики переходного периода
Прозрачный бюджет Институт Восток-Запад